История одной эпидемии

Это подлинная история одной эпидемии. Всё началось с внезапного появления фокусника со смертельным номером, а если точнее, то с того, что однажды один человек подхватил неизвестный вирус. Откуда он взялся, никто не знает, но одни говорят, что он прилетел на осколке Сатурна, другие утверждают, что на окаменевшем остатке далёкой кометы. Мы же ничего предполагать не будем, а лишь скажем, что человек был с Земли.

Действие вируса было необычным — об этом, конечно, говорят многие, но реально такое случилось впервые — не успел больной заметить, как внезапно стал... зомби: сердце его перестало биться, глаза слегка выпучились, а всё его существо заполнило желание поесть, в связи с чем он и побрёл куда глаза глядят... Вот тут-то на сцену и выходит фокусник. Увидев незнакомца, зомби наивно ожидал отведать его мозгов, но у фокусника по этому поводу были другие планы...

Весь городок был обклеен афишами: "Внимание! Смертельный номер!" Люди заполнили зал, свет погас, и на сцену вывели зомби. Нет, конечно, они не знали, что это зомби — фокусник факт сей искусно скрывал: сперва он думал загримировать подопечного, но оказалось, что наносить грим на лицо в наморднике неудобно, поэтому ему просто надели на голову мешок. Кроме того, с мешком на голове он вёл себя спокойней. Фокус был прост: в зомби стреляли из пистолета, и он неожиданно оказывался жив-здоров. Люди, конечно, догадывались, что их обманывают, но никто не мог догадаться, в чём подвох. А зомби после представления получал в награду мозги, и поэтому всегда играл свою роль с удовольствием. Почему он любит именно мозги, фокусник точно не знал, но предполагал, что зомби так пытается стать умнее, хотя каких-либо улучшений не наблюдалось.

Вскоре фокусник стал знаменитым, и коллеги стали выспрашивать его секрет, но долго оставались ни с чем. И вот, после многих упрашиваний, фокусник решил продать нескольким иностранцам свой секрет, и они обзавелись своими зомби. Теперь на каждом континенте был свой фокусник со смертельным номером, правда, они плохо держали марку: подопечных кормили кашами, бобами... А зомби хоть и не хватало мозгов, но они догадывались, что что-то тут не так. Поэтому вскоре они убежали и начали распространять вирус, порождая толпы зомби, на которых, увы, своих фокусников не нашлось. Эпидемия бушует, набирая всё больше и больше сил, поэтому напоследок хотим вам сказать: не бойтесь, вы ведь даже не заметите...

Скептик (рус)

(Это перевод с украинского (оригинал). Перевод осуществил ap-Codkelden, за что ему огромная благодарность!))

1.

Семь вечера. Как и говорили, каждую пятницу вечером в небольшом прибрежном баре “Розовый попугай” собирались любители всего неведомого и таинственного. Эта пятница не стала исключением, но все ли пришли или кого-то не было, Сергей не знал. Он был тут в первый, и, как он считал, в последний раз.

— Предлагаю собрание считать открытым. — Важно изрек седой бородач. Произнес он это так, как будто был председателем какого-то клуба, хотя на самом деле ничего подобного не было — собрания проходили в неформальной обстановке, за бокалом пива. Да и вообще, если бы местом собраний был бы не бар, и нельзя было купить пива, мало кто на них ходил бы.

Бородач был самым старшим среди тех, кто собирался здесь, и поэтому именно ему выпадала честь четырьмя стандартными словами “открывать собрание” каждую пятницу. Люди пришли сюда разные — как по возрасту, так и по степени веры во весь этот бред. Когда все делились прочитанным, кое-кто — осознанно ли, неосознанно? — кивал головой, как бы соглашаясь, что все действительно было именно так; оставалось только выкрикнуть: “Да я сам все видел!” Другие — и таких было немало — посмеивались, потягивая свежее пиво. Заметив это, Сергей понял, что он тут не один такой. Зачем он пришел сюда?.. Он сам не знал этого. Может быть, чтобы послушать сказки под холодное пиво, может, чтобы укрепиться в своем неверии, может чтобы посмеяться с того, как люди легко верят во что попало…

А тем временем любители поговорить про случаи с летающими тарелками переключились на обсуждение творчества самого Говарда Лавкрафта.

— А я говорю вам, что он это не придумал, — настойчиво утверждал мужик в зеленой куртке. — Он все видел сам, или кто-то показал ему... Об этом даже писали.

— Откуда такая уверенность?

— Как можно такое придумать? Это же целая философия... Вы читали Лавкрафта?

— Я читал. — Спокойно сказал Сергей. — И скажу вам, фантазия начитанного человека способна и на большее...

— Но ведь ничто не возникает из ничего. А этот „Некрономикон”... тайная книга, о которой он вспоминает не раз.

— Вот именно. Лавкрафт был очень начитанным человеком и поражал современников своей эрудицией. Поэтому, наверное, ему было не так уж и трудно написать такие произведения.

— Вот... ваше „наверное” против моего, и ничего больше.

— Можете и дальше верить своим небылицам, меня это не волнует...

После этого разговора Сергей немного осмелел, и начал дискутировать на все темы, которые тут обсуждались. Был ли это разумный шаг? Был ли вообще какой-то смысл говорить этим людям, что то, в существование чего они, начитавшись дешевых журналов, свято верили, на самом деле не существует? Он об этом не думал. Здесь он первый и последний раз, поэтому можно позволить себе все необъяснимое и тайное, о чем тут говорят, называть чушью, жалкими опусами таких же жалких авторов, которые больше ничего писать не умеют. Да и все, кто пришел за байками под пиво, его мысли разделяли.

В полдесятого участники собрания начали расходиться. Странно, но бородач собрания не закрывал. Может, считал это лишним, а может в этот раз просто забыл. Вместо этого он подошел к Сергею и тихо сказал:

— Смотрю, ты скептик. Неужели не веришь ни во что?

— Почему, я верю в свой разум.

— Зря ты так. То, что ты не веришь в сверхъестественное, не значит, что его нет.

— Согласен, но то, что вы в него верите, совсем не означает, что оно есть.

— Поверь мне, оно есть.

— Например?

— Что ж, если ты так хочешь убедиться, я расскажу тебе…

Бородач начал рассказывать о том, как люди всегда жаждали бессмертия, или хотя бы продолжения жизни, хотя бы на несколько лет. Чего они только не делали — снаряжали экспедиции, проводили исследования, эта жажда толкала их на преступления ради нескольких лишних лет жизни. Но мало кому известно о существовании поляны, которая позволяет человеку жить вечно. Более того, она дает возможность продолжить свою жизнь на столько, на сколько пожелаешь.

— И как это происходит? — Сергей усмехнулся. — Приходишь, и говоришь «Я хочу прожить на три года больше»?

— Нет, все проще. Или сложнее. — Тихо ответил бородач. — Просто приходишь на поляну, и после этого десять лет не стареешь. Если после этого захочешь снова продолжить жизнь — приходишь опять, не захочешь — не приходишь. Все под контролем.

— Да, очень просто. И не надо ничего пить… А пули такого бессмертного берут?..

— Еще как!.. Старость и болезни не берут, а вот пули… Ничего не поделаешь, повреждения есть повреждения.

— И где же находится эта самая поляна?..

Хотя бородач и видел, что его собеседник не верит ни единому его слову, он рассказал, как разыскать чудо-поляну. К счастью, она оказалась не так уж и далеко, поэтому можно и проверить…

Пиво было допито, и Сергей, попрощавшись, собрался было идти, как откуда ни возьмись выскочила бабка:

— Не ходи туда, сынок.

— Куда?

— На поляну, и даже не думай ходить туда!

«Она заодно с бородачом», — подумал Сергей и поспешил к выходу.

— Как ты думаешь, почему второй раз не приходит никто? — услышал он за спиной дрожащий старческий голос…

2.

Надо же, как они подшутили над ним!.. Так слаженно!.. Только вот… Когда бородач успел с бабкой договориться?.. Он же к ней даже и не подходил. Или это их дежурная шутка — ей достаточно было услышать, что разговор зашел о поляне, а потом подыграть. Но все же, как продумано — он к ней и не подходит, чтобы не стало понятно, что они договорились… Да, Сергей не мог забыть тот разговор. Вроде и чушь… Если бы поляна существовала, о ней бы знали все. Или не знал бы никто?..

Да и бородач был немолод; хотя если бы поляна и существовала, она не сделала бы его моложе. Но зачем такие шутки? Было бы еще понятно, если бы шутили над тем, кто в это верит. А какой смысл шутить над скептиком?

Ночью Сергей видел странный сон. Он шел среди деревьев. Что он там делал, он не знал. Он просто шел. Вокруг было темно, хотя был день — кроны деревьев не пропускали солнечный свет. Где-то далеко впереди завыли волки, поэтому Сергей решил вернуться. Через некоторое время он наткнулся на солнечную поляну. Там стояли давешний седой бородач, бабка, и все то собрание любителей непонятного. Они молча улыбались, и жестами звали к себе.

Но Сергей решил к ним не идти. Он пошел назад — туда, где совсем недавно он слышал волчий вой. Но вскоре он вышел к той же поляне. Молчаливая улыбающаяся компания все так же стояла там и звала к себе. «Странно, я же прямо шел!..» — подумал Сергей.

Он не хотел идти к ним, и побежал прочь от поляны. Когда он пробежал, как ему показалось, достаточно, он остановился. «Нужно двигаться на север» — мелькнула мысль, и Сергей попробовал определить направление — в школе ведь учил, что мох растет с северной стороны дерева… Но… тут все деревья оказались сплошь покрыты мхом, причем равномерно!.. Где же север? Странно, и солнце в зените, причем прямо над головой — как на экваторе.

И Сергей побежал, сам не зная куда, но прибежал к злосчастной поляне. Она не отпускала его, теперь он в этом не сомневался. Он убегал раз за разом, но постоянно возвращался туда, к поляне. Он кричал, но те, на поляне, молчали. Да даже эхо молчало! И только волчий вой нарушал тишину…

Сергей проснулся, мокрый от пота. Было два часа ночи. Он лежал и смотрел прямо перед собой, пока сон не сморил его.

Может, он и забыл бы этот сон, но все повторилось в следующую ночь. Снова — лес, деревья, светлая поляна, от которой не уйти, как ни старайся. Только на этот раз они не только звали его к себе жестами, они еще и кричали. «Сергей, не уходи далеко — заблудишься!..» — доносилось до него. «Сергей, иди к нам, тут тепло и спокойно!..».

И в следующую ночь сон был предсказуем — поляна. И снова — убегал, как можно дальше, но ничего не выходило. В этот раз его не пускали волки. Они не осмеливались подойти ближе, чем метров на полтораста от поляны, и ждали, когда Сергей сам приблизится к ним. Куда бы он ни бежал — звери были уже там. Они так и хотели кинуться на него, но какая-то невидимая граница все же существовала, и её они не переступали. «Переступишь границу, и ты труп», — билась в голове мысль. Он метнулся в сторону, надеясь, что волки не успеют, но пробежал совсем немного — до большой волчьей стаи. Он снова побежал, слыша за спиной волков… волчьи зубы вцепились в ногу… Сергей проснулся. Было два часа ночи.

Так не должно продолжаться!.. Что может быть ужаснее кошмарного сна, который повторяется каждую ночь? Кошмарный сон, который с каждым разом становится все хуже и хуже.

Сергей лежал, и смотрел на белый потолок, боясь закрыть глаза. Он боялся уснуть, потому что догадывался, нет, знал, что он увидит в своём следующем сне.

Как только он думал о нём, его обычно бедное воображение рисовало сцены одна другой ужаснее, причем как никогда реалистичные — даже сама мысль о том, что придется рано или поздно уснуть, была невыносима. Правду говорят — ожидание смерти хуже самой смерти. Именно поэтому так не должно было продолжаться.

Из-за недосыпания Сергей весь день ходил сонный, реакции его были замедленными, как и мысли. Эти сны влияли на его жизнь. «Нужно что-то делать», — промелькнула мысль. «Нужно что-то делать», — прошептал Сергей сам себе. Но что?.. От снов не сбежать. А может, причина снов — страх неизвестности? Не просто так ведь он пришел на то сборище любителей потрепаться о сверхъестественном. Может, корень проблемы в подсознании? Он мог только догадываться, что стало причиной снов. Неужели поляна зовет к себе? Или, может, это та чудная бабка так на него подействовала? Какая бы ни была причина, а побывать на поляне наверное надо. Может поможет, может нет. Но вряд ли повредит. Как говорил бородач, нужно лишь придти туда, и все. Это лучше, чем пить какую-то гадость или приносить жертвы… Решено. «Утром и пойду», — сказал сам себе Сергей, продолжая смотреть в потолок.

3.

Небольшое село М. находилось рядом с прудом. Какая же красота здесь летом! С одной стороны поле, засеянное золотистой пшеницей, с другой — пруд, на берегу которого местные рыбачат, пока еще рано. А когда солнце хорошо прогреет землю, придут желающие искупаться; с другой стороны озера есть прекрасное местечко, где пышные кроны столетних деревьев дают тень, такую желанную жарким летним днем. Да и вообще в селе деревьев много… яблони, груши, вишни, сливы, орехи… Как, должно быть, было красиво здесь весной, когда все цвело!..

Сергей шел по селу, направляясь к лесу, который был рядом. Дома у местных были здесь разные. У кого кирпичные, у кого еще глиняные были, но глиняный дом тут - большая редкость. За селом была степь, где пасли скот. Прохладный ветерок дул со стороны пруда и колыхал золотисто-зеленую траву и цветы. Там, за озером красных маков, мальчишка лет десяти пас коров; Сергей подошел к нему, чтобы спросить о поляне.

— Нет, тут никаких полян нет. Хотя отец запрещает далеко заходить в лес.

Может, его отец что-то знает? Или поляны здесь просто нет? Как бы там ни было, а отступать уже поздно.

Чуть дальше степь упиралась в густой лиственный лес. Десять минут — и Сергей уже был там, в надежде, что именно тут он найдет эту чудную поляну. После того, как он вошел под тенистые своды, сразу стало легче. Хотя он, как ему казалось, и не думал теперь о своих снах, солнце, лучи которого пробивались сквозь листья дубов, кленов и ясеней, согревали душу светом, которого так не хватало Сергею во снах. Бородач говорил, что нужно идти прямо, а когда покажутся березы, повернуть направо. И правда, вскоре вдали появились березы. Березы росли негусто, и потому там было еще светлее, чем в остальном лесу. По мере того, как вокруг становилось светлее, улучшалось и настроение. Как и советовал бородач, Сергей повернул направо, и прошел уже довольно много, но никакой поляны не было и в помине. Вокруг — всё те же дубы, ясени и клены.

Солнце поднялось выше, стало теплее. Несмотря на это, через некоторое время стало холоднее, хотя солнце все так же пробивалось сквозь кроны деревьев. В лицо подул ветерок, сначала легкий, но постепенно набирающий силу. Еще немного, и стало трудно идти; Сергей продвигался вперед медленно, и прохлада начала превращаться в мороз, стволы деревьев начали покрываться инеем, и это летом! Это длилось полчаса или час, или десять минут, или двадцать... время шло под стать тому, как двигался Сергей — так же медленно. И когда Сергей уже отчаялся и был готов сдаться, он увидел впереди свет. Это была поляна, та самая солнечная поляна, от которой он постоянно бежал в своих снах.

Выйдя на поляну, Сергей наконец согрелся. Как же здесь тепло и тихо! Его переполняла радость, ведь он наконец сделал это, он нашел эту поляну. Она была точно такой же, как и в его снах, только ни седого бородача, ни бабки, ни клуба таинственного здесь не было. Сергей присел на теплую траву, он так устал, пока сюда добирался. Нужно было немного отдохнуть, а потом идти назад.

Интересно, думал Сергей, поможет ли это путешествие? Перестанут ли сниться те сны, которых он так боялся? А долголетие? Правда ли, что достаточно только придти сюда, и десять лет без старости гарантированы?

Вряд ли. Все как-то слишком просто. Да, все более чем просто. Он пришел на поляну, но это видимо не всё. Должен быть какой-нибудь… знак?.. Невольно Сергей мысленно спросил: «Ну, и что дальше?».

Вдруг неподалёку что-то ярко вспыхнуло, одновременно все звуки вокруг исчезли, как при контузии… Небо затянуло чёрными тучами, вокруг стемнело. Сергей понял — это была молния. С другой стороны ударила ещё одна, рядом — ещё, и ещё…

Словно сквозь пелену он услыхал издалека: «Беги!!!», выбежал с поляны, пробежал метров двадцать, и замер от удивления. Он был в хвойном лесу. «Не может быть!». Сергей обежал вокруг поляны, но вокруг были лишь ели и сосны.

Удивление переросло в страх — стволы деревьев были покрыты густым мхом. Со всех сторон, как в тех снах. Сергей стоял, не зная, что делать, куда идти, куда бежать. Он боялся уходить далеко от поляны, ведь где-то там могли быть волки. А могло и не быть… Он мог их не слышать, поэтому лучше пока остаться здесь. Наивно было верить, что какая-то невидимая граница будет удерживать возможных волков, но думать, что это так, было спокойней.

Вдруг он услышал рычание. Слух вернулся. Сергей кинулся прочь от этого звука — скорее всего, это волки. Он бежал быстро, как мог, но этот звук очень быстро приближался. Рычание приближалось, и внезапно Сергей почувствовал, как в его ногу вцепился волк. Он упал.

Вокруг никого не было. Сергей был сам среди сосен и елей, и нога его была цела. Некоторое время он сидел так, пытаясь осмыслить происходящее, как вдруг снова раздалось рычание — и тут он увидел их.

Большая стая волков бежала на него, Сергей убегал, и теперь ему хватало скорости, чтобы убежать, он даже начал отрываться от волков, но долго это продолжаться не могло. Хотя, как известно, страх придает сил, но и эти силы рано или поздно иссякают. Он бежал всё медленнее, и волки начали догонять его. Уже совсем близко… Сергей взбежал на невысокий холм, волки – за ним, на следующий — звери не отставали, перепрыгнул через овражек — и всё равно слышал рычание за спиной. Спустя несколько десятков метров он споткнулся и упал, потеряв сознание.

4.

Сергей открыл глаза. Перед ним была волчья морда, волк хищно смотрел на него. В глазах снова потемнело… Неизвестно, сколько он так пролежал, но когда он вновь открыл глаза, рядом не было никого. Хвойных деревьев тоже не было, был тот же лиственный лес с березами. Вокруг было темно... И снова он потерял сознание.

Сергей шёл через село, то самое село, которое он проходил, направляясь в лес. Дорогу освещала полная луна, окруженная звёздами, ночное небо было ясным… Сергей не мог понять, как он попал сюда. Последнее, что он помнил — кроны деревьев, а теперь над ним было чистое звёздное небо. Куда он шёл, он не знал, просто шёл.

Где-то далеко лаяли псы, слышалось пение. Навстречу ему плыли дома, деревья, колодец, шёл он медленно, вернее даже не шёл — ноги сами несли его вперед, он пребывал в состоянии какого-то странного покоя без страха и удивления.

Справа белел домишко, в окнах горел свет. Кто-то совсем рядом крикнул «Сожги его!». Сергей обернулся — никого. Только тишина, которую нарушал собачий лай.

Он снова посмотрел на освещённые окна домика. И снова крик — «Иди и убей их!». Рядом не было никого. Может быть, в кустах? Сергей кинулся к кустам у обочины — там никого не было. Раздался смех. Кто это? Что это? Он не знал… может это шутка, глупая шутка?

— Он думает, я шучу, — прошептал кто-то, — как будто мне больше нечего делать, кроме шуток.

— Кто это?!! — Крикнул Сергей, но в ответ услыхал только лай собак за забором.

Вокруг никого, голос идёт непонятно откуда… Сергей был в отчаянии: лес, поляна, волки, а теперь ещё и неизвестный голос… Он побежал, а голос продолжал: «Сожги село, сожги!.. Кому говорю!.. Немедленно!!..». Голос приказывал уничтожить всё, мимо чего Сергей пробегал. Он должен был вырубить столетние деревья у пруда, отравить рыбу в пруду, и дождаться рыбаков, чтобы и их…

Голос не утихал, это был не человек, голос был у него в голове. От него не уйти, не скрыться. Сергей начал останавливаться, и тут у него снова потемнело в глазах.

Открыл глаза он в светлой комнате. Белые стены, белый потолок, белый свет в окне с белой рамой, белая кровать, белые закрытые двери.

И белая смирительная рубашка на нём самом.

Сергей поднялся, подошел к окну и посмотрел во двор. Светлое летнее утро, на небе ни облачка…

Через несколько минут (или часов, Сергей не различал хода времени), в палату зашла медсестра.

— Время принимать лекарство, — успокаивающе проговорила она.

— Какое лекарство?

— То, которое вам прописано. Ваше лекарство.

— Как долго я здесь?.. Как долго я пью это лекарство?

— Неделю.

Неделю! Целую неделю он здесь. Это подействовало на него, как холодный душ. Только сейчас откуда-то из глубины сознания всплыли вопросы. Как он попал сюда? Почему он попал сюда? Почему смирительная рубашка? Он не знал. А кто знал? Врач, его врач. Конечно, врач должен знать все обстоятельства его появления здесь.

— Я хочу видеть врача.

— Врач скоро придет. — Медсестра ответила так, будто бы пыталась успокоить его. Или показалось? — Примите лекарство.

— Скажите честно, я от него не усну?

— Нет, не уснете. — Ответила медсестра успокаивающе.

Сергей взял две таблетки и проглотил их, запив водой. Заснёт он от лекарств или нет, он не знал. Но и не принять их он не мог. Оставалось надеяться, что медсестра сказала правду, и ждать врача.

Врач пришел через полчаса. Высокий, немолодой, да что там немолодой — уже седой мужчина, хотя больше было у него тёмных волос. Он строго посмотрел на пациента и спросил:

— Успокоились?

— То есть? — Ответил Сергей вопросом на вопрос.

— Вы не помните вчерашний день? Как кричали на меня, угрожали меня убить…

— Честно говоря, нет.

— Вот как, — проговорил врач задумчиво, — внезапная амнезия…

— Доктор, скажите, как я попал сюда?

— Когда вас нашли, вы «рубили» дерево… — Начал свой рассказ врач. — Вы остановили автомобиль и побили чуть ли не до смерти его водителя — сначала кулаками, потом ногами. Ещё немного, и его не спасли бы. Потом вы его оставили, и открыв багажник, достали инструменты, не знаю зачем разбросав их вокруг машины. Среди инструментов выбрали самый большой — газовый ключ. И начали «рубить» им ближайшее дерево. Результата, естественно, никакого — вы лишь ободрали кору. Так вас и нашли. Люди, ехавшие по той дороге, заметили красный автомобиль, разбросанные инструменты, избитого мужчину на дороге и вас, «рубящего» дерево. Причем вы, не реагируя ни на что, продолжали его «рубить».

— А потом… Потом через милицию вас направили сюда. Довольны? — Врач задал риторический вопрос, видя, как пациент воспринял его рассказ.

— А потом? Что я делал тут всю неделю?!

— Успокойтесь, успокойтесь. — Сказал тихо врач. — Я всё вам расскажу. Сюда вы поступили в ужасном состоянии, вы не понимали, что вокруг происходит. И угрозы… вы угрожали всем и вся. Вы рассказывали, смакуя каждую деталь, как уничтожите это место, вы каждому рассказывали о его судьбе после того, как до него доберётесь. Вы не пытались убежать, вырваться, нет, тут вы были настроены мирно. Но вот с вашим красноречием мало кто сравнится. На следующий день вы напали на медсестру и сильно побили санитаров. После этого на вас и одели эту смирительную рубашку…

— Но ведь сегодня я спокоен.

— Да, возможно это действует лекарство. Хотя принимаете вы его восьмой день. Почему оно не действовало раньше?

— Не знаю. Так может, снимете эту рубашку?

— Может быть, если несколько следующих дней вы будете спокойны.

— Сергей понимал его. Врач не может рисковать, он должен сначала убедиться, что Сергей больше не будет впадать в это состояние, и только потом он сможет принять решение относительно смирительной рубашки. Сергею оставалось только надеяться, что её снимут, только надеяться…

«Убей этого гада, он тебя залечит!» — прошептал кто-то. «Ударь головой, повали на пол, и бей ногами!…» Сергей заплакал.

Это снова началось.

5.

— Странно… — Сказал врач коллеге. — Этот пациент вообще странный.

— Да, я тоже никогда таких не встречал.

— Он слышит голос, который приказывает ему уничтожить всё, что он видит. Через некоторое время он становится неуправляемым и бросается на людей. А через несколько дней снова становится спокойным, причём ничего не помнит о тех днях, когда он одержим жаждой разрушения. Говорит связно, ведет себя как здоровый. Но уже через несколько часов всё начинается снова.

— А лечение?

— Лечение не помогает. Более того, от лекарств ему становится ещё хуже. Видимо, придется просто держать его связанным, и не давать никаких лекарств…

— Не может этого быть. Нужно просто подобрать подходящие.

— Уже пробовал. Результат тот же. Лекарства, которые должны улучшить его состояние, ещё более ухудшают его. Как это объяснить, не знаю. Это и правда особенный пациент.

Действительно, Сергею приходилось несладко. От лекарств голос приходил в бешенство, становился совсем нестерпимым. Пациент не мог этого терпеть, и пытался от него избавиться. Голос блуждал по телу Сергея. Он звучал то из левой руки, то из правой, то опускался в ноги. Можно ли избавиться от него?.. Нет, но человек в отчаянии способен на всё. Сергей бил руками и ногами о стену… Если голос звучал из правой ноги, он бил правой ногой, если из левой — бил левой, если голос звучал из рук, бился спиной… В результате его, побитого, связали так, что он не мог себе навредить. Но это не утешало его, ведь жизнь его была нестерпимой.

И только когда он спал, ему было хорошо. Если раньше он боялся заснуть, то теперь сон был для него единственным спасением, спасением от этого ужасного существования, в которое превратилась его жизнь. Но единственным ли?

— Убейте меня, — сказал Сергей своему врачу. — Умоляю, убейте меня!

Но врач не мог этого сделать. Хотя он и понимал, что в этом случае эвтаназия была бы едва ли не лучшим выходом, закон запрещал ему это. Да и даже если бы закон разрешал, сам он вряд ли смог бы это сделать.

— Тогда хоть дайте мне снотворное, чтобы я всё время спал. — Продолжал пациент.

Но врач молчал. На каком основании он даст пациенту снотворное? Нет, никаких лекарств, так будет лучше.

Но пациент добился своего. Когда голос пришёл опять, Сергей начал кричать. Он кричал так громко и так долго, что сорвал голос. И ему всё же дали снотворное, чтобы он уснул.

Так и шло время — без надежды, в растерянности и во сне. Медленно и незаметно. Пришло лето, потом осень, за ней зима, потом весна и снова лето, и осень, и опять… Но голос не умолкал. И только в своих снах Сергей был свободен от этого ужаса. Он жил снами, жил во снах. Но снами ли были его сны? Для него самого реальность была всего лишь кошмарным сном. Неотвратимым сном, таким необходимым для него, для его жизни…

6.

Сергей проснулся в светлой комнате. Было чудесное летнее утро, и белый свет в окне с белыми рамами ласково освещал белые стены, белый потолок, белую кровать, белые двери… Всё так, как в первый день в больнице, который он помнил.

Даже голоса не было.

Сергею на миг показалось, что это сон… Хотя нет. «Голос может появиться через час, два, или даже три», — подумал Сергей, и по коже пробежали мурашки. Даже мысль о том, что его ждет, пугала его. Но других мыслей у него не было. Он ждал… ждал голоса… ждал час, ждал два… Но даже вечером голос не появился. Страх сменился радостью. Голос оставил его!

Врач не был таким оптимистом, но действительно, даже через неделю голос так и не появился. Стало понятно: Сергей «вылечился», то есть стал здоровым. Без лечения.

…Сергей ехал домой. Ещё вчера — пациент, сегодня — уже свободный, а главное здоровый человек. Долгожданный глоток свободы пьянил, и новые впечатления нахлынули, как цунами. Как же всё изменилось!.. Сколько лет прошло? Десять? Да, десять лет прошло с тех пор, как он последний раз проходил улицами родного города. Он не узнал свой город. И соседа своего еле узнал. Конечно, десять лет прошло…

А вот сосед его сразу узнал.

— Сергей здравствуй! Ты вернулся?

— Здравствуйте! Да, вернулся…

— А я тебя сразу узнал. Ты ничуть не изменился.

Сергей не смог скрыть удивления. Выходит, тот седой бородач сказал правду?! Прошло ровно десять лет с тех пор, как Сергей посетил солнечную поляну. Десять лет… И он всё тот же, не постарел, всё так же молод. Но какова цена такого долголетия…

Сосед хотел ещё что-то спросить, но Сергей отмахнулся от него и пошел дальше. Закрыв дверь своей квартиры, он сел на кресло и стал рассматривать свои фотографии. Он подолгу рассматривал своё лицо на каждой их них, силясь запомнить, как он выглядел десять лет назад. Встал, подошел к зеркалу и долго рассматривал свое отражение.

Как будто бы и не было этих десяти лет, будто это был сон, кошмарный сон, от которого он только что проснулся. Все-таки бородач сказал правду. Но какую цену он за это заплатил… Эта мысль неотступно крутилась в голове. Какую страшную цену он заплатил… страшную цену, страшнее смерти. «Как ты думаешь, почему туда никто не приходит во второй раз?» — вспомнил он слова чудной бабки.

Теперь он знал, почему. Теперь он знал.

Ночью ему снился сон. Он сидел на золотистой траве под ярким солнцем. Было тепло и тихо. Вокруг росли деревья… это был лес! Густой сосновый лес… Сергей все понял; он побежал к деревьям, ещё дальше, потом остановился. Его звали назад. Он слышал голоса седого бородача, чудной бабки, ещё каких-то людей, с которыми как-то давно дискутировал… и свой собственный голос!..

Поляна снова зовёт…

Gxost, июль 2008

Перевод с украинского Codkelden, 2011 – 2012

Сокровище

Он подошёл к тяжёлой двери: вот она, нажива, так близко! Нет, это не деньги, и вряд ли это золото. Говорят, там величайшая ценность, а в технократический век это может быть нечто, продлевающее жизнь, или улучшающее её качество, или... Никто не знает, что там за устройство, но это должно быть нечто особенное, что сделает обладателя богатым. Мысли об этой ценности не покидали его ни днём, ни ночью. Он думал о ней, идя по серым улицам, он думал о ней, обслуживая технику, и даже когда солнце начинало скрываться за дальним небоскрёбом, он мечтал о том, что хорошо бы заполучить это сокровище, поселиться на верхнем этаже и жить в дорогой обстановке, есть хорошую пищу и пить дорогие напитки. И вот, наконец, он в шаге от мечты: взлом кодового замка много времени не займёт...
Тяжёлая дверь отворилась, повеяло приятной прохладой. Поражённый, он стоял, неспособный пошевелиться: воздух наполняли чудесные ароматы, дул лёгкий ветерок, шелестя листвой деревьев. За дверью раскинулся островок того, о чём можно только прочитать в книгах. Светила яркая луна, мерцали звёзды, пейзаж к себе манил. Наконец он сделал шаг вперёд, наклонился и погладил траву под ногами, наслаждаясь необычным ощущением. Затем он направился к дереву и провёл ладонью по шероховатой коре. Новые ощущения его манили, он вслушивался в окружающие звуки, он внюхивался в ароматный воздух, он наслаждался лёгкой прохладой. Не было слов, чтобы описать то, что он чувствовал, и он даже не пытался. И лишь присев на лавочку под одним из деревьев, он медленно произнёс: «Да, это великое сокровище!»

Сон

«Однажды мне приснилось преддверие конца света. Это было нечто! Все говорили о нём, все ожидали обещанного момента. Кто-то считал, что конец света наступит, кто-то — что не наступит, но могу сказать точно: равнодушных практически не было. Одни считали, что будет страшный суд и готовились к нему; кто-то даже бичевал себя, дабы умилостивить судий. Другие ожидали духовного перехода и поднятия на высший виток эволюции. Третьи ожидали прибытия инопланетян и готовились к их встрече: кто баррикадировался, кто продумывал приветственную речь. Четвёртые просто веселились, дурачились. Пятые же настойчиво доказывали, что это всё глупости. И чем ближе был конец света, тем интенсивнее люди готовились к нему, веселились или доказывали глупость всего происходящего. Одновременно с этим всем было интересно, что же произойдёт на самом деле, кто окажется прав. Каждый надеялся оказаться правым и очень боялся, что его убеждение окажется ошибочным. Мне тоже было интересно увидеть, что произойдёт. И вот, в последний момент, на пике накала страстей, зазвонил будильник.»

Тайный агент

Первая часть 
Вторая часть

Крот
— [вырезано]! — Окликнули тайного агента.
Агент обернулся, и увидел соседку, направляющуюся к нему. Выглядела она неуверенно, и было видно, что ей что-то от него нужно. Наконец она подошла и тихонько спросила:
— Вы не могли бы побыть кротом?
— Давно не был кро... — Чуть не раскрылся агент.
Откуда ей известно, кто он? Агент не знал, но побыть кротом очень хотелось — это же так увлекательно! В памяти всплывали образы тех дней, когда...
— Да! — Ответил на радостях агент.
— Отлично! Встречаемся в семь возле входа в театр.
Тайный агент никак не мог дождаться семи — так хотелось стать кротом. Уж очень хотелось, даже больше, чем можно представить. Но вот, наступил заветный час, и у входа агент увидел соседку.
— Режиссёр упразднил роль крота, — произнесла она смущённо, — а другие роли уже заняты.
— Понятно. — Расстроился агент; было так обидно. Он шёл домой разбитый... и одновремённо восхищённый и зачарованный.
— Какой профессионализм! — Тихонько восклицал агент.


Не в своей тарелке
Однажды вечером, когда тайный агент выносил мусор, — а мусор он не выносил, поэтому выносил его как можно чаще, — агент увидел огромное летающее блюдце. Мягкий луч света увлёк его ввысь, а в голове завертелась мысль о том, что не даром выносить мусор вечером — плохая примета. Тайный агент медленно воплыл в люк, и его тут же окружили таинственные серые человечки, на лицах которых читалось... ничего.
— Наши?! — Удивлённо прошептал агент, и выронил пакет с мусором. Человечки вдруг засуетились, забегали, а тайный агент поплыл через люк на землю. Последнее, что он видел — это человечки в скафандрах, приближавшиеся к кучке мусора.
— Так вот оно, спасение! — Воскликнул агент, и пошагал к мусорному баку.

Дважды тайный
У древнего дуба стоял странный человек. Поняв, что это ждут его, тайный агент направился к нему, и они тихонько заговорили.
— Предлагаю вам вступить в тайную организацию, — промолвил странный человек.
У агента перехватило дыхание. Свершилось! Он всегда мечтал стать членом тайной организации. Нет, он, конечно, уже состоял в одной безымянной, но это всё не то. Теперь он будет не просто тайный агент, а масон, иллюминат или кто-нибудь ещё. Его посвятят в тайны, и что самое главное — дадут название, которым он сможет мысленно себя величать... Агент так замечтался, что не заметил, как произнёс:
— Я согласен.
— Отлично, — радостно промолвил странный человек. — Сегодня же посвятим вас в члены нашей организации.
— А как вы называетесь?
— Мы — "безымянные".
"Ну вот!" — расстроился тайный агент.

Лучше, чем аристократ
Однажды тайный агент отправился на приём, устроенный одним аристократом. По заданию, конечно. Вообще это была огромная честь для агента, ведь он сам немного аристократ, и даже лучше, ведь он — потомственный тайный агент. Конечно, никаких доказательств у него не было, и это было наилучшим свидетельством профессионализма его предков. Поэтому тайный агент ими очень гордился и восхищался.
Прибыв на место, потомственный тайный агент не узнал одного человека. И ещё одного. И ещё, и ещё... Да тут же все выпускники тайного училища! В голове закрутилась страшная мысль: «Западня!» Давно не попадал он в переделки, а тут такое... Спасать всех бессмысленно, и уйти сразу нельзя, а то поймут, что он всё понял. Вокруг все ели, пили, общались... Дураки! Нельзя есть, нельзя пить! «Западня!» — вертелось в голове. Искуссно маскируя напряжение, агент свободно общался с «новыми» знакомыми, и вот, наконец-то, через полчаса срочно покинул это ужасное место.
— Как жаль, что Вы нас покидаете. — Говорили ему, прощаясь. И про себя добавляли: «Не часто ведь выходит собрать всех в годовщину выпуска...»

Если бы
Однажды тайному агенту в голову закралась невероятная мысль: а что было бы, если бы он не стал тайным агентом? Эта ересь появилась так неожиданно, что агент был слегка ошарашен, и, пока другие мысли гонялись за ней, дабы сжечь на костре, она пользовалась ошарашенностью, раздаваясь всё громче и громче. А действительно, что было бы, если бы... Тут коварная мысль увлекла тайного агента в пучину ужасных фантазий: вот он беззаботно живёт, радуется жизни, даже не подозревая, что вокруг происходит что-то неладное. "Как это глупо, глупо, глупо!" — пел ему целый хор мыслей, но ересь не сдавалась: вот перед ним открываются всё новые и новые горизонты, а жизнь его легка и спокойна. "Без контроля и осведомлённости жить опасно" — возражали привычные мысли, но ересь уже набрала достаточно сил, чтоб у агента появилось желание стать обычным челове...
***
Автор опомнился: он чуть не потерял тайного агента.
— Что это было? — Спросил агент.
— Ничего. — Ответил автор.

Четвёртая часть 

Грозный камень

Сказы сказывают-пересказывают о Камне Грозном, что лежит где-то там да на пути дальнем. А путь сей ведёт чрез леса дремучие да болота топкие, в Царство Тридевятое, где девица красна тужит в заточении. Там Змей троеглавый её сторожит: а что первая глава кониной завтракает, а вторая на обед конину с человечиной мешает, третья же на ужин человечину одну и ест. Но на пути туда стоит тот Камень Грозный, и нету никому пути от камня дальше.
А было у царя три сына: все красны молодцы, как на подбор. Был старший сильный, средний – умный, а младший – Ванька – дурачок. Пришло им время отправляться царевн искать под стать себе, и вот тогда услышали они о красной девице, что в Царстве Тридевятом живёт в неволе. И собрался тогда старший, седлал коня столь быстрого, как ветер, отправился за тридевять земель невесту выручать. А по пути встречались грунты вязкие да ветви цепкие, и ночи тёмные, и тучи чёрные, туманы непроглядные... и камень, наконец.
Камень Грозный, весь чёрный, словно ворона крыло, стоял посредь пути, и высечено было на камне сим сие: «Коли направо пойдёшь – жизнь потеряешь, коли налево пойдёшь – коня потеряешь, коли прямо пойдёшь – коня и жизнь потеряешь». Предстали тут пред молодцем картины страшные: изнемождённый, без коня, он бьётся против Змея, и главы Змеевы со всех сторон его кусают, ранят... и вот он, истекая кровью, поверженный лежит. Царевич развернулся, и к дому воротился. Тогда царевич средний решил удачу испытать: попал он к Камню Грозному, и применил познания свои в науках, да вероятность посчитал, и понял, что скорее сгинет он, чем до девицы доберётся. Вернулся средний, подтвердив, что невозможно победить. Но младший-то – дурак – не слушал, хотел удачи попытать.
Иван увидел Камень Грозный, и прочитал на нём сие: «Коли направо пойдёшь – жизнь потеряешь, коли налево пойдёшь – коня потеряешь, коли прямо пойдёшь – коня и жизнь потеряешь». Подумал, и воскликнул:
– Ха! Да я же на коне!
И дальше поскакал. Никто потом его не видел, никто не знал, что он женился, что стал царём он в Царстве Тридевятом. Все думали, что сгинул их Иван. Дурак!

Идеальные люди

Директору плохо спалось. "Рек-ла-му! Рек-ла-му!" — слышалось ему сквозь сон; тысячи голосов скандировали это слово, не уставая, не переставая. "Не мешайте спать" — недовольно пробормотал он, не открывая глаз. Но через пару минут его побеспокоили с новой силой.

— Господин президент, господин президент! — Раздался мужской голос. — Господин президент, пора! — Затормошили директора.

— Что? Что такое? — Проснулся директор.

Директор находился в шикарном просторном кабинете, освещённом золотистым светом солнца, начинающего склоняться к закату.

— Пока мы писали речь, вы заснули.

Директор не помнил, чтобы ему собирались писать какую-то речь, не помнил, как очутился в удобном мягком кресле, и уж точно не припоминал, чтобы был президентом. Но раз к нему так обращаются, значит так и есть. Или, может, это розыгрыш? Тогда, наверное, следует просто получать удовольствие от происходящего. Говорят, что президент, значит, президент.

Президента повели по длинному коридору к двери, ведущей на просторный балкон. Именно оттуда и слышались выкрики "Рек-ла-му! Рек-ла-му!"

— А что, собственно, случилось? — Поинтересовался президент.

— Митинг. Люди не довольны ситуацией в стране, вот и митингуют.

— Ну так... надо с этим что-то делать!

— Для этого мы и идём на балкон. Сейчас зачитаете речь, и станет легче.

Они вышли на балкон, и увидели людей, множество людей. Увидев президента, люди оживились, закричали ещё сильнее, и плакаты, огромные плакаты, которые люди держали в руках, затряслись в такт лозунгам. Директор оглядел площадь, и замер; он не мог поверить своим глазам — на красочных плакатах красовались лозунги: "РЕКЛАМУ", "Даёшь беспредел", "Нет низким ценам"... Прошло секунд тридцать, и толпа утихла в ожидании речи президента.

— Вот ваша речь, — ассистент протянул лист бумаги. Директор взял его, положил на трибуну, и бегло просмотрел.

— Что это вы мне дали? Я не буду такое читать!

— Так люди же этого от вас и ждут! Всё будет хорошо, не переживайте...

— Точно? — Директор посмотрел недоверчиво.

— Точно. И вы это, лист с речью держите перед собой, повыше. А то ещё подумают, что вы не с листочка зачитываете, а наизусть!

Президент выдержал паузу, собираясь с духом, и принялся читать:

— Граждане! Я вынужден признать, что в последний год власть поработала плохо. Недоработки есть во всех областях жизни и, благодаря выдвинутым вами требованиям, власти об этом стало известно.

Толпа заревела в подтверждение сказанного, и через несколько секунд вновь утихла. Директор продолжил:

— Многие из вас подметили, что рекламы на телевидении стало невыносимо мало, а в новостях стали говорить слишком много правды. Я понимаю ваше негодование по этому поводу — я сам уже привык щёлкать по каналам каждые 15 минут, и поэтому уже приказал исправить сложившуюся пагубную ситуацию.

— Рек-ла-му! Рек-ла-му! — Закричала толпа. Всё это было так нереально, абсурдно, что было похоже на грандиозный розыгрыш. Но именно грандиозность происходящего поселила в директоре сомнение в несерьёзности происходящего.

— Кроме того! — Выкрикнул президент, и толпа умолкла. — Кроме того, в кратчайшие сроки будет исправлена ситуация с ценами. Ваша покупательная способность почему-то повысилась, и у вас стало слишком много денег. Поэтому мы уже ищем виноватого, и завтра же его найдём и обязательно казним!

Публика зааплодировала. Атмосфера разрядилась, и президент легко и весело зачитал далее:

— А ещё полиция стала недорабатывать, показания выбиваются вяло, и план недовыполнен. Но не беспокойтесь, всё будет так, как вы хотели. Полицейские будут стараться!

Толпа кричала, толпа ревела, толпа одобряла его слова. А президент всё читал и читал, становясь всё уверенней и уверенней. Он говорил о несправедливости, притеснениях и лишениях, которые вскоре обрушатся на головы граждан, а граждане только то и делали, что поддерживали его своим ликованием. Наконец, он добрался до последнего пункта речи:

— Вы обеспокоены, что перестали перечисляться деньги из бюджета на строительство моего особняка? Что же, я благодарю вас за заботу и обещаю, что завтра же выделю необходимую сумму на достройку!

Публика заликовала, одобряя такое решение, а директор чуть было не прослезился. Так приятно, когда люди понимают твои потребности, когда они заботятся о тебе, когда они готовы на жертвы ради тебя. Это его растрогало настолько, что ему захотелось сделать для людей что-то хорошее... но нельзя, свергнут же, гады!

— Уууу, изверги! — Завыл директор.

— Браво! Браво! — Восхищались стоявшие рядом люди.